Чтения дня

Утренняя молитва — первое чтение

Wisdom 4

На вашем языке нет издания этой книги в общественном достоянии, поэтому этот отрывок приводится на английском.

Better than this is childishness with virtue; For in the memory of virtue is immortality: Because it is recognized both before God and before men. When it is present, men imitate it; And they long after it when it is departed: And throughout all time it marcheth crowned in triumph, Victorious in the strife for the prizes that are undefiled. But the multiplying brood of the ungodly will be of no profit, And with bastard slips they will not strike deep root, Nor will they establish a sure hold. For even if these put forth boughs and flourish for a season, q1 Yet, standing unsure, they will be shaken by the wind, And by the violence of winds they will be rooted out. Their branches will be broken off before they come to maturity, and their fruit will be useless, Never ripe to eat, and fit for nothing. For children unlawfully begotten are witnesses of wickedness Against parents when God searcheth them out. But a righteous man, though he die before his time, will be at rest. (For honorable old age is not that which stands in length of time, Nor is its measure given by number of years: But understanding is gray hairs to men, And an unspotted life is ripe old age.) Being found well-pleasing to God he was beloved of him, And while living among sinners he was translated: He was caught away, lest wickedness should change his understanding, Or guile deceive his soul. (For the bewitching of naughtiness bedimmeth the things which are good, And the giddy whirl of desire perverteth an innocent mind.) Being made perfect in a little while, he fulfilled long years; For his soul was pleasing to the Lord: Therefore hurried he out of the midst of wickedness. But as for the peoples, seeing and understanding not, Neither laying this to heart, That grace and mercy are with his chosen, And that he visiteth his holy ones:— But a righteous man that is dead will condemn the ungodly that are living, And youth that is quickly perfected the many years of an unrighteous man’s old age; For the ungodly will see a wise man’s end, And will not understand what the Lord purposed concerning him, And for what he safely kept him:— They will see, and they will despise; But them the Lord will laugh to scorn. And after this they will become a dishonored carcase, And a reproach among the dead forever: Because he will dash them speechless to the ground, And will shake them from the foundations, And they will lie utterly waste, and they will be in anguish, And their memory will perish. They will come, when their sins are reckoned up, with coward fear; And their lawless deeds will convict them to their face.

Утренняя молитва — второе чтение

От Луки 1:39-80

Встав же Мария во дни сии, с поспешностью пошла в нагорную страну, в город Иудин, и вошла в дом Захарии, и приветствовала Елисавету. Когда Елисавета услышала приветствие Марии, взыграл младенец во чреве ее; и Елисавета исполнилась Святаго Духа, и воскликнула громким голосом, и сказала: благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего! И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне? Ибо когда голос приветствия Твоего дошел до слуха моего, взыграл младенец радостно во чреве моем. И блаженна Уверовавшая, потому что совершится сказанное Ей от Господа. И сказала Мария: величит душа Моя Господа, и возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем, что призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды; что сотворил Мне величие Сильный, и свято имя Его; и милость Его в роды родов к боящимся Его; явил силу мышцы Своей; рассеял надменных помышлениями сердца их; низложил сильных с престолов, и вознес смиренных; алчущих исполнил благ, и богатящихся отпустил ни с чем; воспринял Израиля, отрока Своего, воспомянув милость, как говорил отцам нашим, к Аврааму и семени его до века. Пребыла же Мария с нею около трех месяцев, и возвратилась в дом свой. Елисавете же настало время родить, и она родила сына. И услышали соседи и родственники ее, что возвеличил Господь милость Свою над нею, и радовались с нею. В восьмой день пришли обрезать младенца и хотели назвать его, по имени отца его, Захариею. На это мать его сказала: нет, а назвать его Иоанном. И сказали ей: никого нет в родстве твоем, кто назывался бы сим именем. И спрашивали знаками у отца его, как бы он хотел назвать его. Он потребовал дощечку и написал: Иоанн имя ему. И все удивились. И тотчас разрешились уста его и язык его, и он стал говорить, благословляя Бога. И был страх на всех живущих вокруг них; и рассказывали обо всем этом по всей нагорной стране Иудейской. Все слышавшие положили это на сердце своем и говорили: что будет младенец сей? И рука Господня была с ним. И Захария, отец его, исполнился Святаго Духа и пророчествовал, говоря: благословен Господь Бог Израилев, что посетил народ Свой и сотворил избавление ему, и воздвиг рог спасения нам в дому Давида, отрока Своего, как возвестил устами бывших от века святых пророков Своих, что спасет нас от врагов наших и от руки всех ненавидящих нас; сотворит милость с отцами нашими и помянет святой завет Свой, клятву, которою клялся Он Аврааму, отцу нашему, дать нам, небоязненно, по избавлении от руки врагов наших, служить Ему в святости и правде пред Ним, во все дни жизни нашей. И ты, младенец, наречешься пророком Всевышнего, ибо предъидешь пред лицем Господа приготовить пути Ему, дать уразуметь народу Его спасение в прощении грехов их, по благоутробному милосердию Бога нашего, которым посетил нас Восток свыше, просветить сидящих во тьме и тени смертной, направить ноги наши на путь мира. Младенец же возрастал и укреплялся духом, и был в пустынях до дня явления своего Израилю.

Вечерняя молитва — первое чтение

Wisdom 5

На вашем языке нет издания этой книги в общественном достоянии, поэтому этот отрывок приводится на английском.

Then shall the righteous man stand in great boldness Before the face of those who afflicted him, And those who make his labors of no account. When they see it, they will be troubled with terrible fear, And will be amazed at the marvel of God’s salvation. They will say within themselves repenting, And for distress of spirit will they groan, This was he whom aforetime we had in derision, And made a parable of reproach: We fools accounted his life madness, And his end without honor: How was he counted among sons of God? And how is his lot among saints? Verily we went astray from the way of truth, And the light of righteousness shined not for us, And the sun rose not for us. We took our fill of the paths of lawlessness and destruction, And we journeyed through trackless deserts, But the way of the Lord we knew not. What did our arrogancy profit us? And what good have riches and vaunting brought us? Those things all passed away as a shadow, And as a message that runs by: As a ship passing through the billowy water, Whereof, when it is gone by, there is no trace to be found, Neither pathway of its keel in the billows: Or as when a bird flieth through the air, No token of her passage is found, But the light wind, lashed with the stroke of her pinions, And tore asunder with the violent rush of the moving wings, is passed through, And afterwards no sign of her coming is found therein: Or as when an arrow is shot at a mark, The air disparted closeth up again immediately, So that men know not where it passed through: So we also, as soon as we were born, ceased to be; And of virtue we had no sign to show, But in our wickedness we were utterly consumed. Because the hope of the ungodly man is as chaff carried by the wind, And as foam vanishing before a tempest; And is scattered as smoke is scattered by the wind, And passes by as the remembrance of a guest that waits but a day. But the righteous live forever, And in the Lord is their reward, And the care for them with the Most High. Therefore will they receive the crown of royal dignity And the diadem of beauty from the Lord’s hand; Because with his right hand will he cover them, And with his arm will he shield them. He will take his jealousy as complete armor, And will make the whole creation his weapons for vengeance on his enemies: He will put on righteousness as a breastplate, And will array himself with judgement unfeigned as with a helmet; He will take holiness as an invincible shield, And he will sharpen stern wrath for a sword: And the world will go forth with him to fight against his insensate foes. Shafts of lightning will fly with true aim, And from the clouds, as from a well drawn bow, will they leap to the mark. And as from an engine of war will be hurled hailstones full of wrath; The water of the sea will be angered against them, And rivers will sternly overwhelm them; A mighty blast will encounter them, And as a tempest will it winnow them away: And so will lawlessness make all the land desolate, And their evil-doing will overturn the thrones of princes.

Вечерняя молитва — второе чтение

К Галатам 1

Павел Апостол, избранный не человеками и не через человека, но Иисусом Христом и Богом Отцем, воскресившим Его из мертвых, и все находящиеся со мною братия — церквам Галатийским: благодать вам и мир от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа, Который отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века, по воле Бога и Отца нашего; Ему слава во веки веков. Аминь. Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое впрочем не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема. У людей ли я ныне ищу благоволения, или у Бога? людям ли угождать стараюсь? Если бы я и поныне угождал людям, то не был бы рабом Христовым. Возвещаю вам, братия, что Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое, ибо и я принял его и научился не от человека, но через откровение Иисуса Христа. Вы слышали о моем прежнем образе жизни в Иудействе, что я жестоко гнал Церковь Божию, и опустошал ее, и преуспевал в Иудействе более многих сверстников в роде моем, будучи неумеренным ревнителем отеческих моих преданий. Когда же Бог, избравший меня от утробы матери моей и призвавший благодатью Своею, благоволил открыть во мне Сына Своего, чтобы я благовествовал Его язычникам, — я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью, и не пошел в Иерусалим к предшествовавшим мне Апостолам, а пошел в Аравию, и опять возвратился в Дамаск. Потом, спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром и пробыл у него дней пятнадцать. Другого же из Апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня. А в том, что пишу вам, пред Богом, не лгу. После сего отошел я в страны Сирии и Киликии. Церквам Христовым в Иудее лично я не был известен, а только слышали они, что гнавший их некогда ныне благовествует веру, которую прежде истреблял, — и прославляли за меня Бога.